В суде Берлина прошло последнее в этом году заседание по делу об убийстве в Малом Тиргартене.

В Верховном суде Берлина сегодня прошло последнее в этом году заседание по делу об убийстве Зелимхана Хангошвили ‒ бывшего чеченского полевого командира, застреленного в августе прошлого года в парке Малый Тиргартен. Сегодня в суде выступило два свидетеля и эксперт- политолог. Задачей эксперта было дать более подробную картину событий второй чеченской войны и взаимоотношений между разными группами чеченских сепаратистов и властями России. 

Однако выбор эксперта вызвал вопросы как у адвокатов, так и у журналистов, присутствовавших в зале. Дело в том, что эксперт-политолог, работающий по заказу полиции, не является экспертом по Кавказу, и ранее никогда не погружалась в темы, связанные с чеченской войной и сепаратизмом. Она не владеет русским или грузинским языком. Как удалось выяснить ОстВест, у суда была возможность заказать экспертизу у других специалистов, которые знакомы с этими темами гораздо лучше, но такие люди были готовы работать только анонимно. Связано это с тем, что российские власти крайне негативно относятся к подобным судебным процессам и после такого выступления перед судом иностранному специалисту могут просто отказать во въезде в Россию. Почему суд отказался принять анонимную экспертизу в данном случае — неизвестно.

Эксперту задавали разные вопросы. В том числе и такой: подчинялся ли Зелимхан Хангошвили Шамилю Басаеву. Естественно, что внятного ответа на этот вопрос она дать не смогла. Её выступление было полностью построено на информации из открытых источников ‒ как научных публикаций, так и СМИ. В одном случае она сослалась на газету “Tagesspiegel”, где упоминался некий список чеченцев, подозреваемых в терроризме в России. При этом самого этого списка ни сама она, ни авторы статьи не видели. Неудивительно, что адвокат защиты, Роберт Унгер, буквально разгромил выступление этого эксперта, поставив под вопрос достоверность её выводов. 

Также в суде сегодня выступили две свидетельницы. Одна из них, официантка в ресторане Alverdes, который расположен совсем рядом с местом убийства, показала на фотографиях, сделанных адвокатами, где именно она находилась, когда услышала первый выстрел и, подняв голову, увидела двух мужчин ‒ одного лежащего на земле, и второго подъезжающего к нему на велосипеде.

Её повторно вызвали в суд по требованию защиты ‒ т.к. адвокаты обвиняемого утверждали, что с террасы ресторана место убийство увидеть будто бы невозможно. 

Вторая свидетельница заявила, что за день до убийства ‒ вечером 22-го августа ‒ видела на улице электросамокат такой же точно, как тот, который полицейские потом нашли на месте задержания Вадима Соколова (Красикова). Она не запомнила мужчину, который на нём ехал, но обратила внимание на необычную ярко-красную отделку, а также ‒ на отсутствие номерного знака. Она сказала, что как раз обсуждала с мужем покупку такого самоката, но отказалась от этой идеи из-за того, что самокаты в Берлине надо обязательно регистрировать и страховать. 

Трудно сказать, как эти показания помогут суду — следующее заседание по делу об убийстве Зелимхана Хангошвили состоится уже в новом году, 12-го января.

Комментировать

*