Все-таки нацисты знак вопроса

03.09.2019

Все-таки нацисты знак вопроса


В Саксонии и Бранденбурге прошли земельные выборы, и там, и там около четверти голосов получила праворадикальная партия Альтернатива для Германии. В воскресенье вечером, во время подсчета голосов, один из руководителей фракции Альтернативы в Бундестаге, Бернд Бауман, возмущался в студии телеканала ARD, что его партию называют правыми радикалами и нацистами. «Это оскорбление избирателей», говорил Бауманн, а ведущая Тина Хассель уточняла, что вовсе нет, никто не ругает избирателей, речь идет о функционерах партии. А накануне дня голосования руководитель Альтернативы в Бранденбурге Андрес Кальбиц возмущался тем, что политические противники называют неонацистом лично его.

Среди функционеров АдГ много выходцев из самых разных политических лагерей, от бывших западногерманских коммунистов до, естественно, бывших христианских демократов. Но именно Кальбиц – правый радикал со стажем. Он с молодости состоял в самых разных ультраправых организациях, и до самого последнего времени принимал участие в мероприятиях неонацистов. Казалось бы, человек, который так последователен в своих политических взглядах, должен ими гордиться. А он почему-то от них открещивается. Может быть, было бы правильнее называть его просто нацистом, без всякого «нео»?

Может быть, это и правильно, но не точно. Слово «нацист» обозначает члена национал-социалистической рабочей партии Германии, а ее в 1945 году признали преступной организацией и запретили. Но нацистские взгляды никуда не исчезли. Просто до последнего времени они не были особо заметны в большой политике, их открыто выражали в основном радикальные партии, в одной из которых, «Республиканской», в которой, кстати, в молодости состоял Андреас Кальбиц. А сейчас такие взгляды выражает АдГ.

Представители партии очень любят говорить, что они выступают против «системы». А аналитики то же самое говорят про избирателей «АдГ» - дескать, они устали от системы, протестуют против нее и поэтому голосуют за АдГ. Что же это за такая «система»? Это «либеральная демократия, то есть такая политическая система, которая строится на поиске компромисса между разными группами. Это система, участники которой называют друг друга «оппонентами» или в крайнем случае «противниками», но никак не «врагами».

На днях издание «Краутрепортер» опубликовало интервью с неким Франком Гроссманом – этот человек шесть лет назад основал региональное отделение АдГ в саксонском городе Герлице, а сейчас вышел из партии. Гроссман – мелкий предприниматель, и за последние годы, как он рассказывает, его бизнес несколько раз пострадал от разных правил, которые принимал Евросоюз. Раньше такие правила, типа санитарных стандартов в пищевой промышленности, принимали национальные парламенты, а сейчас это делается на европейском уровне. Гроссман - человек простой, в таких тонкостях не разбирался, и поэтому Гроссман вступил в Альтернативу. В 2013 году это была партия так называемых «евроскептиков». И, как ему тогда казалось, именно в этой партии он мог защищать интересы простого человека, то есть себя, от бездушных бюрократов. По очень скоро в партии произошел практически рейдерский захват: организованные правые радикалы массово – в масштабах саксонской провинции – вступали в местную ячейку, выбирали там своего руководителя – и очень скоро главной темой АдГ была уже не защита простого человека, а борьба с мигрантами и с системой. «А меня все это не интересует», - говорит Гроссман, я не против миграции. Я вступил в партию, чтобы бороться с Евросоюзом, а не с ФРГ.

Так мы вернулись к вопросу о том, кто же такие избиратели «Альтернативы». Осуждать четверть проголосовавших избирателей за их выбор неприятно, но уважать этот выбор нельзя. Всякий человек должен понимать, за кого и за что он голосует. Незнание не освобождает от ответственности. Так что всякий избиратель, который сознательно или по неосведомленности ставит крестик за АдГ, голосует против демократии, против конституции, против уважения других мнений, против меньшинств, против международных обязательств. И таких избирателей на востоке Германии – четверть.