Новый свидетель в деле Хангошвили: его убили не из мести

В берлинском суде 10 февраля прошло очередное заседание по делу об убийстве Зелимхана Хангошвили. Выступал всего один свидетель, чеченец по имени Омар, долгое время живший в Панкисском ущелье. Сейчас он находится в депортационной тюрьме в Бранденбурге. Немецкий суд рассматривает запрос российских властей на его экстрадицию по обвинению в убийстве, совершённом в России в 2005-м году. 

Сегодня Омар предстал перед высшим земельным судом Берлина, куда его специально под охраной доставили из Бранденбурга, передает корреспондент OstWest из зала суда.

По словам свидетеля, он рассказал своему адвокату, что знает, почему был убит Зелимхан Хангошвили. Омар рассказал перед судом, что Хангошвили якобы ещё с начала 2000-х сотрудничал с грузинскими спецслужбами. Сам свидетель начал работать со спецслужбами в то же время, когда он вместе с Хангошвили устроился на работу в грузинское МВД. Они следили за потоком беженцев из Чечни, прибывавших в Панкиси, и сообщали грузинским службам безопасности, кто из беженцев может быть российским агентом.

При этом, согласно показаниям Омара, сотрудничать с грузинскими спецслужбами Зелимхан Хангошвили не прекращал до самого своего отъезда в Германию, и возможно, продолжил это делать и позже. По словам свидетеля, Хангошвили знал имена российских агентов в Европе и хотел передать их немецким спецслужбам. Как отмечает свидетель, это стало бы «катастрофой» для российских агентов. И именно поэтому российские агенты, по версии Омара, организовали убийство в Малом Тиргартене: чтобы не допустить этой передачи данных. 

При этом на уточняющие вопросы судьи об этой версии убийства Омар почти всегда отказывался отвечать. Судья спросил, например, знает ли Омар имена этих российских агентов в Европе. Тот ответил, что знает, но «в такой обстановке» (то есть в зале суда, в присутствии журналистов и зрителей) называть их не будет, хотя готов рассказать всё представителям немецких спецслужб. Свидетель заявил, что его не предупредили, в каком формате он будет давать свои показания. На это судья довольно резко возразил, что процедуру публичного судебного заседания предписывает немецкий закон. Уклоняясь от ответов, свидетель тем самым подрывает доверие к своим показаниям. 

Также Омар отказался называть суммы гонораров, которые платили ему и Хангошвили грузинские спецслужбы. Омар сообщил, что зарплата была небольшая. Прокурор спросил, в отряде акого полевого командира он воевал во второй чеченской войне. Омар ответил, что не хотел бы называть его имя, но «его все в России знают». Судья задал вопрос повторно, и Омар в итоге назвал имя: Хаттаб. 

Наконец, когда свидетеля спросили, на каком основании он утверждает, что Зелимхана Хангошвили убили по заказу российских спецслужб, он ответил, что просто знает это, так как работал вместе с убитым, и его самого тоже преследуют. В ответ на это судья сказал, что без доказательств это утверждение выглядит голословным.

По словам Омара, он говорил с Хангошвили по телефону примерно за неделю до его гибели, и спрашивал, удалось ли ему связаться с немецкими секретными службами. Как утверждает Омар, Зелимхан ответил ему, что за 2,5 года в Германии он не раз пытался это сделать, но его не хотят слушать. Также он планировал повторить свои попытки связаться с немецкой контрразведкой, когда получит статус беженца. Это был их последний разговор. 

Сегодняшний свидетель заявил, что сам тщетно пытался передать немецким спецслужбам информацию о российских агентах в Европе. На вопрос, что Омар может сказать об обвинениях в убийстве, на основании которых Россия требует его экстрадиции, он ответил, что обвинения сфабрикованы и он никого не убивал. 

Уже после того, как свидетеля увели из зала, адвокат со стороны потерпевших, которая представляет семью убитого, подчеркнула важную деталь в его биографии. Несмотря на то, что он перебрался из Чечни в Грузию в конце 2003-го года, грузинские власти предоставили ему политическое убежище только в 2007-м. На тот момент Россия уже год, как объявила его в международный розыск по обвинению в убийстве. С точки зрения адвоката Шульца, это свидетельствует в пользу того, что он действительно сотрудничал с грузинскими спецслужбами.

В конце сегодняшнего заседания один из судей обнародовал новые сведения, полученные экспертами-генетиками. Они сверили образцы волос, найденных в электробритве, которую обвиняемый с прочими вещами пытался утопить в реке, с его собственной ДНК. Образцы совпали. Это свидетельствует в пользу того, что именно Вадим Соколов (Красиков), который сейчас на скамье подсудимых, является тем самым человеком, кто сначала бросил улики в реку, а потом прятался в кустах, чтобы изменить внешность (быстро сбрить бороду). Линия защиты, напомниим, заключается в том, что Соколов — случайный человек, находившийся в Берлине по личным делам, и просто решивший пописать в кустах. Якобы все вышло случайно, и обвиняемый просто выбрал для малой нужды не только неудачное место, но и крайне неудачное время.

Комментировать

*